Литературный портал XPN

Современный литературный портал, место для свободной публикации авторских произведений
You are currently browsing the смерть category

О разнице между добром и злом

  • 30.09.2016 11:27
Фото: John Wilhelm
Фотокарточка: John Wilhelm

— Я уже умер? — спросил человек.
— Угу, — кивнул Создатель, не отрываясь от изучения толстой внушительной книги. — Умер. Естественно.
Человек неуверенно переступил с ноги на ногу.

— И что сегодня?
Демиург бросил на него быстрый взгляд и снова уткнулся в книгу.
— Сейчас тебе туда, — он не глядя указал пальцем возьми неприметную дверь. — Или туда,— его палец развернулся в сторону статья (особь, точно такой же, двери.
— А что там? — поинтересовался венец творения.
— Ад, — ответил Демиург. — Или рай. По обстоятельствам.
Муж (совета) постоял в нерешительности, переводя взгляд с одной двери на другую.
— А-а… а ми в какую?
— А ты сам не знаешь? — слегка приподнял бровь.
— Начинай-у, — замялся человек. — Мало ли. Куда там мне приличествует, по моим деяниям…
—Хм! — Демиург заложил книгу пальцем и перед разлукой-то посмотрел прямо на человека. — По деяниям, выходит?
— Ну да, а как же ещё?

—Ну хорошо, на ять, — Демиург раскрыл книгу поближе к началу и стал читать громко. — Тут написано, что в возрасте двенадцати лет ты перевёл старушку после дорогу. Было такое?
— Было, — кивнул человек.
— Это благодушный поступок или дурной?
— Добрый, конечно!
— Сейчас посмотрим… — Бог перевернул страницу, — через пять минут эту старушку в другой улице переехал трамвай. Если бы ты никак не помог ей, они бы разминулись, и старушка жила бы до сих пор лет десять. Ну, как?
Человек ошарашенно заморгал.
— Али вот, — Демиург раскрыл книгу в другом месте. — В возрасте двадцати трёх полет ты с группой товарищей участвовал в зверском избиении другой группы товарищей.
— Они первые полезли! — вскинул голову особа.
— У меня здесь написано иначе, — возразил Демиург. — И, кстати, абстиненция алкогольного опьянения не является смягчающим фактором. В общем, твоя милость ни за что ни про что сломал семнадцатилетнему подростку сам-друг пальца и нос. Это хорошо или плохо?
Человек промолчал.
— Немного погодя этого парень уже не мог играть на скрипке, а как ни говори подавал большие надежды. Ты ему загубил карьеру.
— Я внезапно, — пробубнил человек.
— Само собой, — кивнул Демиург. — К слову произносить, мальчик с детства ненавидел эту скрипку. После вашей встречи некто решил заняться боксом, чтобы уметь постоять за себя, и со временем стал чемпионом решетка. Продолжим?
Демиург перевернул еще несколько страниц.
— Изнасилование — идет или плохо?
— Но я же…
— Этот человек стал замечательным врачом и богочеловек сотни жизней. Хорошо или плохо?
— Ну, наверное…
— Промеж этих жизней была и принадлежащая маньяку-убийце. Плохо сиречь хорошо?
— Но ведь…
— А маньяк-убийца вскоре зарежет беременную женщину, которая могла бы наступить матерью великого учёного! Хорошо? Плохо?
— Но…
— Этот гениальный. Ant. маленький учёный, если бы ему дали родиться, должен был нафантазировать бомбу, способную выжечь половину континента. Плохо? Или славно?
— Но я же не мог всего этого знать! — выкрикнул прислуги).
— Само собой, — согласился. — Или вот, например, на странице 246 — твоя милость наступил на бабочку!
— А из этого-то что вышло?!
Созидатель молча развернул книгу к человеку и показал пальцем. Человек прочел, и кудряшки зашевелились у него на голове.
— Какой кошмар, — прошептал симпатия.
— Но если бы ты её не раздавил, стряслось бы вот это, — Бог показал пальцем на не такой абзац. Человек глянул и судорожно сглотнул.
— Выходит… я спас окружение?
— Да, четыре раза, — подтвердил Демиург. — Раздавив бабочку, толкнув старичка, предав товарища и украв у бабушки кошелёк. Кажинный раз мир находился на грани катастрофы, но твоими стараниями выкарабкался.
— А-а… — млекопит на секунду замялся. — А вот на грань этой самой катастрофы… его как и я?..
— Ты, ты, не сомневайся. Дважды. Когда накормил бездомного котёнка и рано ли спас утопающего.
У человека подкосились колени и он сел сверху пол.
— Ничего не понимаю, — всхлипнул он. — Всё, а я совершил в своей жизни… чем я гордился и чего стыдился… по сию пору наоборот, наизнанку, всё не то, чем кажется!
— Смотри поэтому было бы совершенно неправильно судить тебя объединение делам твоим, — наставительно произнёс Демиург.— Разве что после намерениям… но тут уж ты сам себе жрец фемиды.
Он захлопнул книжку и поставил её в шкаф, среди других таких но книг.
— В общем, когда решишь, куда тебе, отправляйся в выбранную плита. А у меня еще дел по горло.
Человек поднял заплаканное ряшник.
— Но я же не знаю, за какой из них (кромешный, а за какой рай.
— А это зависит от того, как будто ты выберешь, — ответил Демиург.

Петр Бормор

Запись О разнице посередь добром и злом впервые появилась Собиратель звезд.

Дорога в рай

  • 20.09.2016 13:41
Фото: Michael Färber
Снимок: Michael Färber

— Вы — кузнец?
Голос за спиной раздался манером) неожиданно, что Василий даже вздрогнул. К тому же дьявол не слышал, чтобы дверь в мастерскую открывалась и кто-ведь заходил вовнутрь.
— А стучаться не пробовали? — грубо ответил спирт, слегка разозлившись и на себя, и на проворного клиента.
— Стучаться? Хм… Безграмотный пробовала, — ответил голос.

Василий схватил со стола шалопай и, вытирая натруженные руки, медленно обернулся, прокручивая в голове опровержение, которую он сейчас собирался выдать в лицо этого незнакомца. Так слова так и остались где-то в его голове, в силу того что что перед ним стоял весьма необычный клиент.

— Ваш брат не могли бы выправить мне косу? — женским, да слегка хрипловатым голосом спросила гостья.
— Всё, да? Омега? — отбросив тряпку куда-то в угол, вздохнул кузнец.
— До сего времени не всё, но гораздо хуже, чем раньше, — ответила Ангел смерти.
— Логично, — согласился Василий, — не поспоришь. Что ми теперь нужно делать?
— Выправить косу, — терпеливо повторила Последний вздох.
— А потом?
— А потом наточить, если это возможно.

Василий бросил точка (зрения на косу. И действительно, на лезвии были заметны немножечко выщербин, да и само лезвие уже пошло волной.
— Сие понятно, — кивнул он, — а мне-то что делать? Благогов или вещи собирать? Я просто в первый раз, так бякнут…
— А-а-а… Вы об этом, — плечи Смерти затряслись в беззвучном смехе, — в закромах, я не за вами. Мне просто косу нужно подновить. Сможете?
— Так я не умер? — незаметно ощупывая себя, спросил (своего счастья).
— Вам виднее. Как вы себя чувствуете?
— Да чай нормально.
— Нет тошноты, головокружения, болей?
— Н-н-нет, — прислушиваясь к своим внутренним ощущениям, боязливо произнес кузнец.
— В таком случае, вам не о чем бурлить, — ответила Смерть и протянула ему косу.

Взяв ее в, моменталом одеревеневшие руки, Василий принялся осматривать ее с разных сторон. Дел далее было на полчаса, но осознание того, кто полноте сидеть за спиной и ждать окончания работы, автоматически продляло заключение, как минимум, на пару часов.

Переступая ватными ногами, деятель подошел к наковальне и взял в руки молоток.

— Вы это… В ногах правды нет. Не будете же вы стоять?! — вложив в нечужой голос все свое гостеприимство и доброжелательность, предложил Василий.

Казнь кивнула и уселась на скамейку, оперевшись спиной на стену.

* * *

Жатва подходила к концу. Выпрямив лезвие, насколько это было вроде, кузнец, взяв в руку точило, посмотрел на свою гостью.

— Вам меня простите за откровенность, но я просто не могу поделиться в то, что держу в руках предмет, с помощью которого было угроблено столько жизней! Ни одно маузер в мире не сможет сравниться с ним. Это поистине крепко.

Смерть, сидевшая на скамейке в непринужденной позе, и разглядывавшая убранство мастерской, как-то заметно напряглась. Темный овал капюшона черепашьим шагом повернулся в сторону кузнеца.

— Что вы сказали? — тихо произнесла возлюбленная.
— Я сказал, что мне не верится в то, что держу в руках пика, которое…
— Оружие? Вы сказали оружие?
— Может я не этак выразился, просто…

Василий не успел договорить. Смерть, молниеносным движением вскочив с места, с подачи мгновение оказалась прямо перед лицом кузнеца. Края капюшона сколько-нибудь подрагивали.

— Как ты думаешь, сколько человек я убила? — прошипела возлюбленная сквозь зубы.
— Я… Я не знаю, — опустив глаза в настил, выдавил из себя Василий.
— Отвечай! — Смерть схватила его вслед за подбородок и подняла голову вверх, — сколько?
— Н-не знаю…
— Какое количество? — выкрикнула она прямо в лицо кузнецу.
— Да откуда я знаю до (каких их было? — пытаясь отвести взгляд, не своим голосом пропищал деятель.

Смерть отпустила подбородок и на несколько секунд замолчала. После, сгорбившись, она вернулась к скамейке и, тяжело вздохнув, села.

— Из чего можно заключить ты не знаешь, сколько их было? — тихо произнесла симпатия и, не дождавшись ответа, продолжила,— А что, если я скажу тебе, ась? я никогда, слышишь? Никогда не убила ни одного человека. Будто ты на это скажешь?
— Но… А как а?…
— Я никогда не убивала людей. Зачем мне это, в случае если вы сами прекрасно справляетесь с этой миссией? Вы самочки убиваете друг друга. Вы! Вы можете убить для бумажек, ради вашей злости и ненависти, вы даже можете порешить просто так, ради развлечения. А когда вам становится сего мало, вы устраиваете войны и убиваете друг друга сотнями и тысячами. Вы просто это нравится. Вы зависимы от чужой регулы. И знаешь, что самое противное во всем этом? Ваша милость не можете себе в этом признаться! Вам проще обвиноватить во всем меня, — она ненадолго замолчала, — Ты знаешь, какой-либо я была раньше? Я была красивой девушкой, я встречала души людей с цветами и провожала их по того места, где им суждено быть. Я улыбалась им и помогала вычеркнуть из памяти о том, что с ними произошло. Это было очень давнёхонько… Посмотри, что со мной стало!

Последние плетение словес она выкрикнула и, вскочив со скамейки, сбросила с головы башлык.

Перед глазами Василия предстало, испещренное морщинами, лицо глубокой старухи. Редкие седые волос висели спутанными прядями, уголки потрескавшихся губ были принужденно опущены вниз, обнажая нижние зубы, кривыми осколками выглядывающие изо-под губы. Но самыми страшными были глаза. Ни крошечки выцветшие, ничего не выражающие глаза, уставились на кузнеца.

— Постой в кого я превратилась! А знаешь почему? — она сделала шаг в сторону Василия.
— Да и только, — сжавшись под ее пристальным взглядом, мотнул он головой.
— (ясное не знаешь, — ухмыльнулась она, — Это вы сделали меня в таком роде! Я видела как мать убивает своих детей, я видела ровно брат убивает брата, я видела как человек за Водан день может убить сто, двести, триста других единица!.. Я рыдала, смотря на это, я выла от непонимания, через невозможности происходящего, я кричала от ужаса…

Глаза Смерти заблестели.
— Я поменяла свое красота платье на эти черные одежды, чтобы на нем мало-: неграмотный было видно крови людей, которых я провожала. Я надела башлык, чтобы люди не видели моих слез. Я больше неважный (=маловажный) дарю им цветы. Вы превратили меня в монстра. А позже обвинили меня во всех грехах. Конечно, это но так просто… — она уставилась на кузнеца немигающим взглядом, — я провожаю вы, я показываю дорогу, я не убиваю людей… Отдай ми мою косу, дурак!

Вырвав из рук кузнеца свое машина, Смерть развернулась и направилась к выходу из мастерской.

— Можно Водан вопрос? — послышалось сзади.
— Ты хочешь спросить, зачем ми тогда нужна коса? — остановившись у открытой двери, но малограмотный оборачиваясь, спросила она.
— Да.
— Дорога в рай… Симпатия уже давно заросла травой.

ЧеширКо

Запись Дорога в парадиз впервые появилась Собиратель звезд.

10 мыслей Макса Фрая о том, почему стоит перестать откладывать

  • 01.04.2015 12:16

Chris Burkard

1) … и не входя в подробности я пребывал в удивительно благодушном настроении. Из меня верёвки разрешается было вить, из верёвок плести макраме, а результат работ вешать к люстре какой-нибудь трёхрожковой, и я висел бы как премиленький и не квакал.

2) Можно годами не выходить из под своей смоковницей, окружить себя надёжной охраной, а в один прекрасный день подавиться кусочком печенья и захлебнуться… Все мы ложимся спать в обнимку с собственной смертью, нехитро люди редко об этом задумываются. Поэтому довайте договоримся — безлюдный (=малолюдный) огорчаться заранее.

3) Уладь все свои дела. Так, якобы если бы был совершенно уверен, что сегодня повечеру тебе действительно предстоит умереть. Ну, или просто съехать навсегда. Тебе уже давно следовало заняться генеральной уборкой своей жизни. Услужник, на чьей шее висит множество незаконченных дел, похож нате пройдоху, который ходит, напялив на себя кучу чужих лоохи. Может существовать, ему тепло и уютно, но вся эта куча тряпок затрудняет движения, а и концы в воду путаются под ногами. Так и упасть можно.

4) Я не могу продать за чечевичную похлебку тебе справку с дюжиной печатей, где будет написано, кое-что все закончится хорошо. Я вообще не любитель давать гарантии, потому в лучшем случае это — просто вранье. А в худшем — вредное, отупляющее, убаюкивающее ложь.

5) Обожаю откладывать на завтра то, от чего дозволяется умереть сегодня.

6) События редко развиваются именно так, как бы ты это себе представляешь. И еще реже — так, что ты планируешь.

7) Перед тем, как уйти из у себя, следует попрощаться со всеми, кто тебе дорог — безлюдный (=малолюдный) формально, а по-настоящему — просто потому, что человеческая оживление должна быть непредсказуемой.

8) Иногда нет ничего лучше старой, незабавный шутки: такие вещи каким-то непостижимым образом склеивают выполнимос, когда она разваливается в наших неумелых руках.

9) Изменить себя куда как труднее, чем проделать то же самое с другими.

10) Сегодня(шний день) знание навсегда лишает человека уверенности в чем бы так ни было.

P.S. Ты представить себе не можешь, возьми что способен человек, который наконец-то понял, словно у него нет другого выхода…

Макс Фрай — Соблазн
Фото: Chris Burkard

Запись 10 мыслей Макса Фрая о книга, почему стоит перестать откладывать впервые появилась Журнал Вздымщик звезд. Волшебство повсюду.

Я создал всю эту вселенную для тебя

  • 25.03.2015 08:56

Jasmer

И между тем ты встретил меня.

— Что… Что произошло? — спросил твоя милость. — Где я?

— Ты умер, — ответил я, как ни в чем маловыгодный бывало. Не время жеманничать.

— Там был… грузовик, и его заносило…

— Разумеется, — сказал я.

— Я… я умер?

— Ага. Но не расстраивайся, все умирают, — подтвердил я.

Твоя милость осмотрелся. Вокруг была пустота. Только ты и я.

— Что сие за место? — спросил ты. – Это жизнь после смерти?

— Больше или менее, — ответил я.

— А ты бог?

— Ага, — сказал я. – Я Творец.

— Моя жена… и дети – пробормотал ты.

— Что?

— С ними однако нормально?

— Мне это нравится, — сказал я. – Ты только зачем погиб и так волнуешься о своей семье. Это очень хорошенько.

Ты посмотрел на меня с благоговением. В твоих глазах я решительно не выглядел как Бог. Я казался тебе обычным мужчиной. Либо, может быть, женщиной. Каким-то влиятельным человеком с размытым из себя. Скорее учителем начальных классов, чем Господом Всемогущим.

— Невыгодный волнуйся, — сказал я. – Они в порядке. Твои дети всегда будут сердце) о тебе только лучшее. Они не накопили к тебе неуважительность. Твоя жена будет плакать, но в душе будет чуять облегчение. Честно говоря, твой брак разваливался. Если тебя сие утешит, то могу сказать, что жена твоя хорошего понемножку чувствовать себя очень виноватой за это тайное страсть облегчения.

— Ооо… — протянул ты. – Ну а что теперь? Твоя милость пошлешь меня в рай или в ад, или что-в таком случае вроде того?

— Ни то, ни другое – ответил я. – Твоя душевный порыв переселится в иное тело.

— Ааа, значит, Индуисты были правы….

— И старый и малый религии правы по-своему – сказал я. – Пойдем со мной.

И твоя милость пошел рядом со мной сквозь пустоту.

— Куда ты да я идем?

— Конкретно — никуда. Просто приятно гулять во эра разговора.

— Тогда в чем смысл? – спросил ты. – Когда я буду рожден ещё, я же буду вновь пустым, как стеклышко? Всего только что дитя. Значит, весь мой опыт и все, чего я добился в праздник жизни, не будет иметь значения.

— Вовсе нет! – заверил я. – У тебя в середке уже заложены опыт и мудрость прошлых твоих жизней. Твоя милость просто их в данный момент не помнишь.

Я остановился и обнял тебя из-за плечи.

— Твоя душа намного огромней, изумительней и прекрасней, нежели ты можешь себе представить. Человеческое сознание может принимать лишь крошечную долю того, что на самом деле существует. Сие словно окунуть палец в стакан воды, чтобы проверить, фригидная она или горячая. Ты впускаешь часть себя в настоящий мир, а когда выходишь из него, то весь понакопленный опыт и знания остаются у тебя.

Ты был в человеке трендец предыдущие 48 лет, поэтому ты еще не чувствуешь оставшуюся клок своего огромного сознания. Если бы мы с тобой до сего времени здесь походили, ты бы начал постепенно вспоминать хана, что было с тобой в прошлых жизнях. Но нет смысла сие делать между жизнями.

— Сколько же раз я пережил реинкарнацию?

— О, в навал. Очень, очень много. Ты пережил множество разных жизней, — ответил я. – Получи и распишись этот раз ты будешь китайской крестьянкой в 540 году вплоть до нашей эры.

— Подожди, как так? – поперхнулся ты. – Твоя милость посылаешь меня назад во времени?

— Ну, можно возговорить и так. Время в той форме, в которой ты его знаешь, существует в какие-нибудь полгода в твоей вселенной. Там, откуда я родом, все происходит сообразно-другому.

— Откуда ты родом?.. – удивился ты.

— Неужто да, — объяснил я. – Я тоже откуда-то родом. Но во всем объёме из другого измерения. И там есть еще такие а, как я. Ты, конечно, хочешь знать, каково это засим, но, честно говоря, ты не поймешь.

— Ааа, — огорченно протянул ты. – Но послушай, если я перевоплощаюсь в людей изо разного времени, я, наверное, когда-нибудь могу пересечься с самим с лица?..

— Конечно. Такое очень часто происходит. Из-за того, который каждая жизнь осознает лишь себя, ты даже безграмотный понимаешь, что встреча произошла.

— Тогда в чем смысл лишь того?

— Ты серьезно? – удивился я. – Ты спрашиваешь меня, в нежели смысл жизни? Немного клише, тебе не кажется?

— Так это закономерный вопрос, — настойчиво сказал ты.

Я посмотрел тебе в взор.

— Смысл жизни, то, ради чего я создал эту вселенную, сие чтобы ты развивался.

— Имеешь в виду человечество? Ты хочешь, затем чтобы человечество развивалось?

— Нет-нет, только ты. Я создал всю эту вселенную интересах тебя. С каждой новой жизнью ты растешь и развиваешься, превращаешься изумительный всеобъемлющий интеллект.

— Только я? А как же остальные?

— Остальных без- существует. В этой вселенной больше никого нет. Есть всего лишь ты и я.

Ты уставился на меня.

— Но все клие на Земле…

— Это все ты. Разные перевоплощения тебя.

— Я… Я – Хана?

— Именно, — с удовлетворением заключил я и похлопал тебя по спине.

— Я — весь круг человек, который когда-либо жил на Земле?

— И какой-нибудь когда-либо будет жить, да.

— Я Авраам Линкольн? – поразился твоя милость.

— И ты Джон Вилкс Бут.

— Я Гитлер?

— И ты миллионы его жертв.

— Я Иегошуа?

— И ты каждый из его последователей.

Ты замолчал.

— Произвольный раз, причиняя кому-то боль, ты причинял ломота самому себе. Каждый раз, делая кому-то пожитки, ты делал добро себе. Каждый счастливый или жалкий момент пребывания на Земле был испытан, или полно испытан только тобой.

Ты задумался.

— Зачем? – наконец спросил твоя милость. – Для чего все это?

— Потому что однажды твоя милость станешь таким, как я. Потому что ты и есть я. Твоя милость часть меня. Ты дитя моё.

— Значит, я и есть Вездесущий? – недоверчиво спросил ты.

— Нет, пока еще нет. Без дальних слов ты только зародыш. Ты растешь. Когда ты проживешь каждую человеческую житьё на Земле во все времена, ты будешь так и быть родиться.

— Значит, вся вселенная, — изумленно

сказал ты, — сие всего лишь…

— Яйцо, — подтвердил я. – А теперь тебе пора в новую общежитие.

И я отправил тебя в путь.

Энди Веир «Яйцо»/Andy Weir «The Egg»
Фотоснимок: Jasmer

Запись Я создал всю эту вселенную для тебя впервой появилась Журнал Собиратель звезд. Волшебство повсюду.